Главная / Материалы / Общая психология / Теоретические подходы отечественных и зарубежных исследователей к изучению психологического благополучия личности

Теоретические подходы отечественных и зарубежных исследователей к изучению психологического благополучия личности

Проблема позитивного психологического функционирования стала привлекать пристальное внимание исследователей, начиная с середины 20-го века, стремясь преодолеть ограниченность дихотомии «здоровье - болезнь» для описания различных аспектов позитивного психологического функционирования. В шестидесятые годы XX века на базе движения «Человеческий Потенциал» (Эсаленский институт, США) появился новый подход к пониманию психологического благополучия, основывающийся на идеях гуманистической и экзистенциальной психологии. В центре данного подхода был поставлен анализ здорового функционирования как позитивного процесса, обладающего самостоятельной ценностью и описываемого через термины «самореализации», «самоактуализации» [К. Гольдштейн, А. Маслоу, Ш. Бюлер], «полноценного человеческого функционирования» [К. Роджерс], «аутентичности» [Дж. Бьюдженталь], «стремления к смыслу» [В. Франкл] и другие. Однако для моделей позитивного психического здоровья характерной чертой был их описательный характер, что не позволяло ответить на вопрос о механизмах поддержания и восстановления психического здоровья при его нарушениях с целью практической реализации данных моделей.

В западной психологии «пик» исследований психологического благополучия личности пришелся на 80-е гг. прошлого столетия. Количество упоминаний понятий «благополучие», «счастье» и «удовлетворенность жизнью» в журнале «Psychological Abstracts» увеличивалось до 800 статей ежегодно. Но до сих пор не удается обобщить различные подходы в понимании психологического благополучия личности с целью выработки ясных и четких критериев, ограничивающих его от других терминов.

Теоретическую базу для понимания феномена психологического благополучия заложили исследования Н. Брэдбёрна [Bradburn, 1969]. Он вводит понятие «психологическое благополучие» и отождествляет его с субъективным ощущением счастья и общей удовлетворённостью жизнью.

Н. Брэдбери создал модель структуры психологического благополучия, которая представлена в виде баланса, достигаемого постоянным взаимодействием двух видов аффекта - позитивного и негативного. Разница между позитивным и негативным аффектами является показателем психологического благополучия и отражает общее ощущение удовлетворённостью жизнью.

Важным вкладом в изучение феномена психологического благополучия стали работы Э. Динера [Diener, 1984; 1995], в которых автор вводит понятие «субъективного благополучия». Описывая структуру субъективного благополучия, автор выделяет в ней три компонента: 1) когнитивную оценку удовлетворенности различными сторонами своей жизни; 2) переживание приятных эмоций и 3) пререживание неприятных эмоций. Эти три компонента вместе формируют единый показатель субъективного благополучия.

Несмотря на схожесть трактовок структуры психологического благополучия Н. Брэдбёрном и Э. Динером, последний считает, что субъективное благополучие лишь компонент психологического благополучия, при этом он отмечает, что для описания последнего необходимо вводить дополнительные характеристики, такие как цели в жизни, автономия, отношение к другим людям, самопринятие и др. В частности автор ссылается на работы К. Рифф как на удачный пример такого дополнения.

Р. Эммонс обнаружил, что жизненные события оцениваются людьми с учетом значения, которое они имеют для реализации их личных стремлений. Автор выделяет следующие целевые предпосылки, связанные с позитивными показателями субъективного благополучия: цели аффилиации-близости (забота об установлении глубоких и взаимно удовлетворяющих отношений), духовные цели, цели созидания (стремление к творчеству, отдаче себя другим людям и оказания влияния на будущее поколение), внутренние цели, цели приближения, цели низкого уровня, приверженность целям, прогресс целей [Эммонс, 2004].

Среди всего разнообразия подходов к пониманию психологического благополучия в англоязычных источниках выделяются два основных -гедонистический (от греческого hedone - «наслаждение») и эвдемонистический (от греческого eudaimonia - «счастье, блаженство»). В рамках гедонистического подхода психологическое благополучие определяется через достижение удовольствия и избегание неудовольствия. При этом удовольствие понимается не только как телесное, но и как удовлетворение от достижения значимых целей. В качестве индикатора психологического благополучия сторонниками данного подхода принимается «переживание счастья» или «субъективное благополучие» человека. В эту подгруппу можно отнести концепцию Д. Канемана [Kahneman, 2003, 2005], Н. Брэдбёрна [Bradburn, 1969], Э. Динера[Т)іепег, 1984, 1995]. Приверженцы гедонистического подхода главную роль отводят психическому равновесию и адаптивным возможностям психики человека, соответствию психических реакций интенсивности внешних раздражителей, критической самооценке и оценке окружающих обстоятельств, способности к адекватному изменению поведения в соответствии с изменениями окружающей обстановки и его организации в соответствии с принятыми морально-этическими нормами. Эвдемонистический подход разрабатывается преимущественно в рамках гуманистической психологии [Э. Фромм, Г. Олпорт, А. Маслоу, К. Роджерс, В. Франкл и др.]. С позиции данного подхода психологическое благополучие рассматривается как «полнота самореализации человека в конкретных жизненных условиях и обстоятельствах, нахождение «творческого синтеза» между соответствием запросам социального окружения и развитием собственной индивидуальности» [Созонтов, 2006, с. 11]. Основой такого подхода являются данные о том, что высший уровень психологического здоровья связан с определением общего смысла жизни, жизненных стратегий, отношений к себе и другим, и оказывает регулирующее воздействие на нижележащие уровни. Эвдемонистический подход связан с особенностями активности и личностного развития [Waterman, 1999; Ryff, 1989, 1995].

Американская исследовательница К. Рифф [Ryff, 1989; 1995; 1996] предложила свою теорию психологического благополучия, базисом которой послужили основные концепции [А. Маслоу, К. Роджерс, Г. Олпорт, К.-Г. Юнг, Э. Эриксон, Ш. Бюлер, Б. Ньюгартен, М. Яхода, Д. Биррен], тем или иным образом соотносящиеся с понятием психологического благополучия и позитивного психологического функционирования. Подобный подход позволил ей обобщить и выделить шесть основных компонентов психологического благополучия: самопринятие, позитивные отношения с окружающими, автономия, управление окружающей средой, цель в жизни, личностный рост, на основе которых был составлен опросник «Шкалы психологического благополучия», активно применяющийся в научных исследованиях, связанных с изучением различных сфер психологического благополучия, а теория послужила базисом, на котором был создан оригинальный метод психотерапии (well-being therapy).

Самопринятие отражает позитивную самооценку себя и своей жизни в целом, осознание и принятие не только своих положительных качеств, но и своих недостатков. К. Рифф отмечает, что выделенные компоненты психологического благополучия соотносятся с различными структурными элементами теорий, в которых так или иначе речь идет о позитивном функционировании личности. Позитивные отношения с окружающими подразумевает умение сопереживать, быть открытым для общения, а так же наличие навыков, помогающих устанавливать и поддерживать контакты с другими людьми, быть гибкими во взаимодействии с окружающими, умеющими прийти к компромиссу. Отсутствие этого качества свидетельствует об одиночестве, неспособности устанавливать и поддерживать доверительные отношения, замкнутости.

Автономия подразумевает способность человека быть независимым, не бояться противопоставлять свое мнение мнению большинства. Отсутствие достаточного уровня автономии ведет к конформизму, излишней зависимости от мнения окружающих.

Управление окружающей средой подразумевает наличие качеств, обуславливающих успешное овладение различными видами деятельности, способность добиваться желаемого, преодолевать трудности на пути реализации собственных целей. В случае недостатка этих качеств появляется ощущение собственного бессилия, некомпетентности, неспособности что-то изменить к лучшему для достижения желаемых целей.

Наличие жизненных целей придает осмысленность существованию, связыванию в единый процесс своего существования в прошлом, настоящем и будущем. Отсутствие целей в жизни влечет ощущение бессмысленности, тоски и скуки.

Личностный рост характеризуется реализацией своего стремления к развитию, к познанию и восприятию нового, а так же наличием ощущения собственного прогресса. Чувство скуки, снижение интереса к жизни, отсутствие веры в свои способности к переменам и овладению новыми умениями и навыками свидетельствуют об отсутствии личностного роста.

Несмотря на различия гедонистического и эвдемонистического подходов, их взаимосвязывает направленность на решение проблемы счастья.

Представление феномена «психологического благополучия» на основе психофизиологической сохранности функций прослеживается в работах Р. Райана, Э. Деси, К. Фредерика и др. В основе данного представления лежит предположение, что генетические факторы также могут объяснить индивидуальные различия в психологическом благополучии. Так, Р. Райан и Э. Деси считают, что связь между физическим здоровьем и психологическим благополучием является очевидной. Болезнь часто вызывает функциональные ограничения, которые уменьшают вероятность удовлетворенности жизнью. Р. Райан и К. Фредерик определили, что субъективная жизнеспособность является индикатором психологического благополучия.

В современной отечественной психологии нет общепринятого понимания категории «психологическое благополучие личности». Под этим термином часто подразумевается целый ряд близких по своему значению понятий, во многом соотносящихся с понятием «психологическое благополучие»: «психическое здоровье» [A.M. Громбах, Б.С. Братусь, А.Ш. Тхостов, В.В. Лебединский, Б.Д. Карвасарский, Н.Д. Лакосина, Г.К. Ушаков и др.], «психологическое здоровье» [И.В. Дубровина, В.И. Слободчиков, А.В. Шувалов], «внутренняя картина здоровья, болезни» [Г.С. Абрамова, Ю.А. Юдчиц, В.Е. Каган, Д.Н. Исаев и др.], «субъективное благополучие, удовлетворенность жизнью» [Л.В. Куликов], «качество жизни» [Г.В. Бурковский, Е.В. Левченко, A.M. Беркман и др.].

Описывая критерии психического здоровья, исследователи главную роль   отводят   психическому  равновесию   и   гармоничности   организации психики, ее адаптивным возможностям, адекватности субъективного восприятия, соответствию психических реакций интенсивности внешних раздражителей, критической самооценке и оценке окружающих обстоятельств, способности к адекватному изменению поведения в соответствии с изменениями окружающей обстановки, ответственности по отношению к близким людям, способности составлять и осуществлять свой жизненный план, целеустремленности, работоспособности, активности, полноценности семейной жизни.

Развивая идеи позитивной психологии, Д.А. Леонтьев вводит понятие «личностный потенциал», представляя его как «интегральную характеристику личностной зрелости». Главным феноменом личностной зрелости и формой проявления личностного потенциала, по мнению автора, является феномен самодетерминации личности, т.е. осуществление деятельности в относительной свободе от заданных условий этой деятельности - как внешних, так и внутренних, под которыми понимаются биологические, в частности телесные, предпосылки, а также потребности, характер и другие устойчивые психологические структуры. Отвечая на вопрос о связи личностного потенциала с психологическим благополучием, автор предполагает, что факторы личностного потенциала опосредуют влияние мотивации на успешность деятельности и влияние стрессогенных и травматических ситуаций на здоровье и психологическое благополучие [Леонтьев, 2011].

Одним из самых полных, по мнению многих исследователей, является

перечень критериев психического здоровья, составленный Н.Д. Лакосиной и

Г.К. Ушаковым [1984]. В него входит множество признаков, начиная от

адекватности восприятия и поведенческих реакций, критического подхода к

обстоятельствам жизни, и заканчивая чувством ответственности за близких и

самоутверждением в коллективе без ущерба для остальных его членов.

Наиболее часто отмечаются такие черты, как интерес к окружающему миру,

способность к установлению близких контактов с окружающими, альтруизм, направленность на общественно полезное дело, духовность, гармоничность, целостность личности, ориентация на саморазвитие.

Е.Р. Калитеевская [1997], развивая идеи Б.С. Братуся [1988], предлагает такие базовые параметры личностной саморегуляции, определяющие сохранность психического здоровья, как свобода, ответственность и духовность.

Смысл, вкладываемый А.В. Ворониной [2002] в понятие психологического благополучия, отличен от традиционного западного толкования. Автор рассматривает психологическое благополучие как системное личностное качество, проявляющееся в переживании содержательной наполненности и ценности жизни, достижении личностно значимых и социально ориентированных целей. Разграничивая термины «психическое здоровье», «психологическое здоровье» и «психологическое благополучие», автор подчеркивает, что именно последнее отражает целостность личности, её согласие с самой собой. А.В. Воронина разработала уровневую модель психологического благополучия: на разных уровнях пространства бытия человека, формируемых в разных типах деятельности, закладываются внутренние интенции (сознательные и бессознательные ресурсные установки). Они складываются в иерархические уровни психологического благополучия человека: психосоматического здоровья, социальной адаптации, психического здоровья и психологического здоровья. Автор полагает, что каждый следующий уровень, формирующийся в процессе развития и воспитания, дает человеку новое видение самого себя, мира и себя в мире.

Т.Д. Шевеленкова и ее сотрудники, опираясь на концепцию К. Рифф,

рассматривают психологическое благополучие в контексте высших уровней

психологического развития личности - её жизненных целей, автономии,

личностного роста и т.п. Авторы вводят понятия «актуального» и

«идеального»    психологического         благополучия.   «Актуальное

психологическое благополучие» — это отражение переживания человеком

31

своего отношения к жизни. «Идеальное психологическое благополучие» отражает представление о том, как оценивает свое бытие человек, вполне удовлетворенный жизнью, представляет собой степень направленности человека на реализацию компонентов позитивного функционирования. Идеальное представление выступает глобальным инструментом оценки своего бытия [Шевеленкова, Фесенко, 2005].

В настоящее время, активно исследуется связь смысложизненных ориентации, осмысленности жизни, суверенности психологического пространства, толерантности, стратегий жизни, ценностных ориентации и стратегий поведения личности с психологическим благополучием личности [Бахарева, 2004; Бочарова, 2008; Куликов, 1997; Пучкова, 2003; Панина, 2006; Соколова, 1996; Созонтов, 2006; Фесенко, 2005; Шамионов, 2004 и др.].

Изучая образовательную среду в контексте психологического благополучия личности школьника, A.M. Прихожан [2010] разработала модель психологического благополучия личности в подростковом и юношеском возрастах. Автором выделены и операционализированы параметры личностного развития и школьной среды, характеризующие психологическое благополучие на указанных этапах онтогенеза; определены показатели эффективности образовательной среды, такие как стиль педагогического общения, ожидания учителя в отношении учащихся, психологический климат класса и школы, характеристики и выраженность оценочного компонента образовательной среды, эмоциональное самочувствие.

Получены данные о связи психологического благополучия с генетическими характеристиками [Аргайл, 2003; Ликкен, Теллеген, 1996 и др.]; внешними обстоятельствами жизни - уровнем материального дохода, образованием, статусом [Брэдбери, 1969; Динер, 1995; Кассер, Райан, 1995]; возрастом и полом [Аргайл, 2003; Динер, 1995; Рифф, 1995; Фесенко, 2005]; культурной принадлежностью и геодемографической и природно-климатической   средой    [Линч,    2004;    Ширяева,    2008].        Определены характеристики         личности,  способствующие         психологическому благополучию: средний уровень суверенности психологического пространства [Панина, 2006], высокая оценка значимости мира и своих возможностей [Кроник, 1994], удовлетворение базовых психологических потребностей [Деси, Райан, 2008], реальные отношения с миром [Леонтьев, 1994], самоэффективность [Бандура, 1977] и т.д. По мнению исследователей, важным фактором психологического благополучия выступает значимость для человека тех или иных объектов в его социальном окружении, отношение к ним, специфика представлений о них.

Ширяева О.С. [2008], интегрировав объективистский [М. Аргайл, Э. Динер и др.], субъективистский [Н. Брэдбери, Э. Деси, А. Маслоу, Э. Фромм и др.] и собственно психологический [К. Рифф, М. Яхода, СЮ. Семенов, П.П.Фесенко и др.] подходы к исследованию психологического благополучия личности, предлагает в качестве составляющих психологического благополучия рассматривать следующие пять компонентов: аффективный, метапотребностный, мировоззренческий, интрарефлексивный, интеррефлексивный.

Таким образом, анализ литературных источников показал, что существует многообразие взглядов на проблему психологического благополучия личности, и в рамках различных подходов предлагаются различные индикаторы для оценки данного конструкта.

Несмотря     на     многочисленные     исследования     психологического

благополучия,  остается еще много неизученных аспектов этого явления

психологической   стороны   жизни   человека.   В   частности,   недостаточно

учитывается      взаимосвязь         индивидуально-типологического,

онтогенетического и тендерного аспектов; как правило, вне рассмотрения

остаются особенности социальной ситуации развития, характерной для того

или   иного   возраста,   имеющей   свои   специфические   задачи   и   условия

формирования    психологического    благополучия    личности.  Имеется

определенный   дефицит       исследований,   посвященных   сравнительному анализу условий и механизмов возникновения психологического благополучия на разных этапах онтогенеза, выявлению как общих, так и специфических моментов, характеризующих этот процесс в разных психологических возрастах.

Следует особенно подчеркнуть, что в отечественной и зарубежной

литературе практически отсутствуют работы, посвященные выработке

обобщенной      психолого-педагогической         модели      формирования

психологического благополучия, содержащей в себе обобщенное описание психологических условий, способствующих или препятствующих формированию психологического благополучия, а также возрастно-специфическую конкретизацию этих условий. Отметим, что испытывается существенный дефицит разработок, касающихся выработки стратегии и конкретных путей целенаправленного воздействия на характеристики психологического благополучия личности на различных этапах ее развития. Можно сказать, что проблема формирования психологического благополучия как проблема педагогической психологии до настоящего времени не ставилась и не обсуждалась. Подчеркнем, что поиск путей решения этой важной проблемы необходим как в обобщенном виде, так и применительно к социально-экономическим и социально-психологическим реалиям современной российской жизни.

 

Идобаева, Ольга Афанасьевна. Психолого-педагогическая модель формирования психологического благополучия личности : диссертация ... доктора психологических наук : 19.00.07 / Идобаева Ольга Афанасьевна; [Место защиты: Моск. гос. лингвист. ун-т].- Москва, 2013.- 389 с.