Категория игры и игрового поведения в психологии

В психологической литературе термин «игра» получил довольно широкое распространение. За этим термином закреплена очень глубокая психологическая реальность и при упоминании термина «игра» сразу можно вспомнить игру у дошкольников, ролевые игры у детей и взрослых, игру как активный социально-психологический метод и пр.

Игра является специфическим видом человеческой деятельности. Общепринятая точка зрения в психологии такова: игра - это способ поведения молодого индивида, который подготавливает его к будущей жизни. Изучению психологических основ детской игры посвящены многие работы советских и зарубежных психологов, в том числе Л.С. Выготского [33], Д.А. Колоцца [64], А.Н.Леонтьева [76], С.Миллера [81], С.Л.Рубинштейна [103], Д.Б. Эльконина [150] и многих других.

В советской психологии ролевая игра традиционно изучалась в рамках дошкольного возраста, для которой она является ведущей деятельностью, т.е. деятельностью, определяющей основное психическое развитие ребенка данного возраста. Ролевая игра дошкольников, безусловно, отличается от ролевой игры взрослых. Вместе с тем обращение к теории дошкольной игры как определенной точке отсчета полезно для построения собственной теории.

Анализируя понятие игры и ее становление, необходимо остановиться на общей схеме анализа дошкольной ролевой игры [150]. Во-первых, Д.Б. Эльконин определяет ролевую игру как деятельность, в которой дети, беря на себя роли взрослых, моделируют те отношения, в которые вступают взрослые в действительной жизни, т.е. социальная сущность подобного моделирования состоит в том, что благодаря ему дети ориентируются в задачах, мотивах и социальных нормах взаимоотношений взрослых людей.

Во-вторых, выясняя исторические и онтогенетические основания возникновения ролевой игры, Д.Б. Эльконин определяет функцию игры в потребностях общества, изменения форм и видов игр в зависимости от развития общественных потребностей, выявляет онтогенетические предпосылки, которые позволяют обеспечить переход от предметной деятельности к ролевой игре [150, с. 35-162].

В-третьих, структура ролевой игры, которая может быть у разных авторов различной в зависимости от целей анализа, является следующим пунктом анализа. В анализе структуры выделяются две основные модели: топология игры и структура игры как деятельности. В игре топологически выделяются следующие компоненты: а) роль и связанные с ней правила, б) воображаемая ситуация, в) игровые действия, г) игровое употребление предметов;

63

д) реальные отношения между детьми [150]. При анализе игры как деятельности в ней можно выделить те же компоненты, которые являются общими для любой деятельности [77]: мотив деятельности, цели действий, задачи и соответствующие им операции, в которых воплощается каждое конкретное действие.

В-четвертых, рассматривается развитие игровой деятельности в целом и ее отдельных компонентов в пределах дошкольного возраста. Так, с возрастом происходят развитие сюжета, содержания игры, игровой роли, игровых правил и действий, а также изменения в отношениях трех последних компонентов. В-пятых, выясняется влияние ролевой игры в качестве ведущей деятельности на психическое развитие ребенка [150].

Центральным компонентом, единицей ролевой игры является роль и связанные с ней действия, поскольку освоение общественных отношений происходит через роль взрослого человека [150]. Многие детские психологи отмечают легкость принятия детьми игровых ролей, что, вероятно, объясняется стремлением ребенка стать взрослым, действовать как взрослый. При этом исполнение роли взрослого становится смыслообразующим мотивом в ролевой игре. Возможно, поэтому при упоминании важности роли для игровой деятельности не акцентируется внимание на такой проблеме, как принятие роли. Так, в работе Д.Б. Эльконина определены два понятия, близкие к понятию роли в игре взрослых: «понимаемое содержание роли» и «отношение к выполнению роли» [150].

Понимаемое содержание роли отражает две стороны социальной деятельности взрослых людей: характер выполняемых ролевых действий и ролевые отношения (нормы роли, включающие права и обязанности). Ролевые отношения - наиболее сложный для понимания аспект содержания роли. В развитии понимаемого содержания ребенком роли отмечается некоторая ступенчатость. Так, Д.Б. Эльконин считает, что в сознании ребенка сначала выделяются отношения близкого взрослого к ребенку, затем отношения взрослых друг к другу и в конце развития - отношение ребенка ко взрослым [150].

64

При этом правила роли как таковые остаются скрытыми для сознания детей, но находят свое отражение в действиях по роли, а в ролевой игре взрослых часто выделяется в сознании представление о правах и обязанностях данной конкретной роли.

При анализе такой категории, как «отношение к выполнению роли» исследователи отмечают, что в начале возникновения игры это отношение не существует еще для сознания ребенка, развиваясь постепенно. Это выражается в полном отсутствии споров и критики вокруг выполнения роли у младших детей и в появлении этих споров к 6-7 годам [56; 150, с. 203]. Так, Д.Б. Эльконин выделяет 3 этапа развития отношения к роли: 1) непосредственное отношение, т.е. слитое с действием, характерно для младших дошкольников; 2) опосредованное отношение характерно для детей среднего дошкольного возраста, при нем реальное деиствование определяет отношение ребенка к роли, он соотносит свои действия и отношения с реальными действиями и отношениями, а сравнивая их, осознает свое отношение к выполняемой им роли в игре; 3) сознательно-условное отношение характерно для старших дошкольников, на этом этапе у детей появляется возможность выполнения условий и правил, не связанных с содержанием выполняемых действий, а находящихся с ними в противоречии, т.е. дети как бы понимают условность игры, условность правил ролей, при этом они могут сами варьировать эти правила [150]. Можно сказать, что Д.Б. Эльконин выделяет рефлексивный компонент принятия роли, т.е. степень осознанности ребенком его отношения к роли. Л.Н. Родыгина также отмечает, что в структуре феномена «принятие роли» можно предположить как минимум четыре компонента: когнитивный, эмоциональный, поведенческий и рефлексивный [100, с. 5].

Вырастая, люди не перестают играть. Просто игра у взрослых трансформируется, сохраняя свои отличительные свойства. Отмечается, что игра -это поведение, у которого нет четко выраженной цели вне самого игрового процесса. Следовательно, игра противопоставляется целенаправленному поведению - работе и т.п., т.е. тому, что делается по необходимости. Частично

65

утилитарный, технологический, прогрессирующий мир породил «ненужность», «несерьезность» и даже «недозволенность» игр и игровых отношений. Такое подавление «игривости», которое проявляется в потере игровых институций на уровне культуры или в понижении их значения, приводит к возникновению больших и сложных социальных проблем.

В психологической литературе исследователями большое внимание уделяется вопросам особенностей, свойств, признаков игры. Например, в своей работе С. Попов [99] говорит о следующих свойствах игры:

1)      случай, сами участники игры, люди;

2)      правила и противопоставление игры реальной жизни и серьезности;

3)      наличие специальных предметов игры, к которым могут относиться и роли, и в особых случаях внутренний порядок игры, сценарий и сюжет, по которым она протекает;

4)      ограниченность времени и места, замкнутость игры на себя, воспроизводимость;

5)      состояние человека в игре, определяющееся такими понятиями, как азарт, риск, напряжение, свобода, удовольствие.

Предлагая свою теорию игры, И. Хёйзинга также выделил целый ряд признаков игры:

-        развлекательный (неутилитарный) характер;

-        свободная деятельность (без принуждения);

-        выход за рамки обыденности: играющий всегда осознает, что действие в игре происходит «как будто», «понарошку»;

-        обособленность игры во времени и пространстве: у игры есть свой пространственно-временной континуум, она начинается и заканчивается в определенный момент;

-        обязательность правил игры: человек, нарушающий или обходящий эти правила, разрушает тем самым всю игру, поэтому он подлежит самым серьезным наказаниям, вплоть до исключения из игры [146].

Наряду с рассмотрением свойств и признаков игр, исследователи пред-

66

лагают различные типологии игр. Так, французский ученый Р. Кайюа выделяет четыре типа игр: агон, алеа, мимикрия и илинкс [цит. по 54]. Четыре типа-этапа развития игр, в которые могут быть включены и увязаны практически все игры, выделяет и С. Смирнов [117]: 1) детская игра; 2) игра-мимезис (игра на подражание и удвоение мира в знаково-орудийной форме), в рамках игрогенеза совершается при этом и становление сознания, имеющего знако-во-орудийную природу, и именно механизм игрогенеза лежит в основе генезиса сознания; 3) игра-агон, или квази-игра; 4) игра-экстазис, при которой игрок переходит в игру с реальным миром, но не в знаковой форме, а в пространстве жизненных решающих поступков.

В работах Э. Берна также выделяются игры по «местам обитания»: бытовые, супружеские, общественные и т.п. При этом функциями игр являются выигрыш и удовлетворительное структурирование времени [20].

В схеме С. Попова игра рассматривается как некоторый процесс. Типология игр по способу материализации игры и ее становления, предложенная С. Поповым, включает следующие ее типы:

1)      игра-место (одно необходимое условие - место и его организация);

2)      игра-произведение (структура игры «запечатывается» в некоторую вещь, которая существует безотносительно к месту);

3)      игра-событие (способ построения игры запечатывается в организации действия) [99]. Здесь смешиваются разные по природе и сущности виды игр, но с задачей становления и развертывания игры эта типология справляется.

В детской ролевой игре дети принимают на себя роли взрослых и в обобщенной форме воспроизводят деятельность взрослых и отношения между ними. Так, выделяется форма игры, импровизированное исполнение ролей и условность ситуации, в которой происходит игра. В связи с этим можно говорить, что психологические особенности игры характерны для игры как детей, так и взрослых. Так, следует, во-первых, назвать такую особенность детской игры, как ее неутилитарный характер. Например, С.Л. Рубинштейн пишет, что в игре «действия являются скорее выразительными и семантиче-

67

скими актами, чем оперативными приемами. Они должны скорее выразить заключенный в побуждении, в мотиве смысл действия, отношение его к цели, чем реализовать эту цель в виде вещного результата» [103, с. 590]. Еще одна характеристика, присущая всем видам игровой деятельности, заключается в том, что мотив игры проявляется «в многообразных переживаниях значимых... для играющего сторон действительности» [103, с. 592]. Иначе говоря, несмотря на условность игровой ситуации, чувства, желания, замыслы участников являются подлинными, реальными и значимыми для них.

В игровой ситуации, отмечает В.В. Серков [112], существует расслоение конкретного человека на «собственно себя» и «игрока». Человек никогда не играет в игре «целиком» - постоянно присутствует рефлексивное осознание раздельности роли (маски), живущей по законам игры, и внешнего человека, играющего эту роль. Сознательное расслоение на «себя самого» и «се-бя-представителя» называется игровым отношением.

В игре происходит установление соразмерности внешних сил и предметов и силы человека. Именно потому, что процесс установления соразмерности происходит всякий раз, когда совершается игра, можно говорить о ее создании (становлении). Если не происходит установления соразмерности или оно нарушается, то игра разрушается или не создается вовсе. Это и есть основной процесс игры, отличающий ее от всего другого (по С. Попову [99]). Для того чтобы игра состоялась, необходимо в предполагаемых ее участниках вызвать появление игрового отношения, указать, на что направлено и как реализовать в данной игре игровое отношение, т.е. происходит процесс формирования материального и операционного пространства игры [112].

Одной из существенных социально-психологических характеристик детской ролевой игры является наличие двух планов отношений играющих: ролевых (игровых) и реальных. Эти взаимоотношения, с одной стороны, влияют на развертывание процесса ролевой игры детей, с другой стороны, на развивающий эффект исполняемой роли. Каждый из этих двух планов претерпевает существенную трансформацию за период развития игры [100, с. 42;

68

150]. Игровой и реальный планы связаны определенными правилами реагирования игровой среды на реальные действия играющих (что также характерно для активно развивающейся в последнее время теории компьютерных игр). И. Хейзинга также отмечает двуплановость игры: «любая игра протекает внутри своего игрового пространства, которое заранее обозначается, будь то материально или только идеально, преднамеренно или как бы само собой подразумеваясь» [146, с. 19]. А Э. Клапаред писал, что «суть игры - не во внешней форме поведения, которое может быть совершенно одинаковым и в игре, и в «серьезной» деятельности, а во внутреннем отношении субъекта к реальности» [цит. по 150, с. 92]. В своей диссертационной работе В.В. Серков [112] также подчеркивает, что игра всегда существует в двух планах: реальном и образном мире.

Подходы к игре делят на два типа: на структуральный (или структурный) и функциональный [14, с. 22]. Игровое поведение структурально отличается от неигрового, в последовательности элементов есть некая свобода, возможны повторы и незаконченность актов поведения. Со структуральной позиции игровое поведение можно рассматривать как особый вид или способ поведения, который более или менее проявляется при различных видах поведения в разных ситуациях. В связи с этим возникает проблема оценки игрового поведения, так как часто наблюдается несоответствие игрового поведения индивида его поведению в реальной деятельности. Необходимо понять и оценить, насколько поведение индивида в игровой деятельности отличается от поведения в реальности, насколько эти отличия зависят от особенностей его личности и индивидуальных различий.

Элементы игрового поведения довольно широко используются в рамках социально-психологического тренинга (Н.Н. Богомолова [22], Т. Арро [14], В.Р. Коледа [61] и др.). При этом такой специфический вид деятельности человека, как игра используется с целью поиска решения типичных социально-психологических проблем, с которыми людям приходится сталкиваться в повседневной деятельности. Ситуационно-ролевые игры представляют

69

собой сложное социально-психологическое явление, где при помощи смоделированного игрового пространства создаются условия, способствующие осознанию социально-психологических проблем и выработке соответствующих навыков и умений их решать. Использование принципов игрового поведения позволяет предвосхитить трудности и попробовать разные возможности поведения в так называемой «безопасной ситуации» [14, с. 22].

В нашем исследовании мы не ставили задачу изучить все стороны игрового поведения супругов как целостного феномена. Мы сосредоточили свое внимание на изучении конкретных игровых форм, которые проявляются в личностном поведении супругов. Под игровыми формами личностного поведения понимаются такие формы личностного поведения, при которых модус отношения личностного поведения видоизменяется настолько (переходя в условный план), что форма внешне начинает выражать содержание притязания, прямо противоположное исходному (реальный план). Это достигается за счет использования выразительных вербальных и невербальных средств, отличающихся от обычно употребляемых. Ими являются гиперболизация, заострение, подчеркивание, схематизация, типизация и т.п. Например, человека можно хвалить или ругать «понарошку»: тогда на «ругание» он реагирует как на «похвалу», а на «похвалу» — как на «ругание» [109, с. 23].

Формы, средства и правила, обслуживающие игровые формы личностного поведения, как правило, известны обеим сторонам. Если правила не известны (например, такая ситуация возможна на этапе знакомства и добрачного взаимодействия), то они вводятся постепенно методом проб и ошибок. Тогда завышение уровня притязаний в супружеском взаимодействии одной из сторон рассматривается как нарочитое, что повышает порог его выполнимости. Так, можно говорить, что операция введения условности в супружеском взаимодействии выполняет функцию изменения (формы) притязаний одного из партнеров.

Анализ показывает, что употребление термина «игровые формы личностного поведения» в данном ракурсе вполне обосновано, так как, во-первых,

70

при использовании операции условности в межличностное взаимодействие вводится двуплтювостъ, характерная для игрового поведения. Во-вторых, чувства, замыслы участников являются подлинными, реальными и значимыми для них. В-третьих, у партнеров постоянно присутствует рефлексивное осознание раздельности действительного и кажущегося притязаний, т.е. наблюдается наличие игровых отношений. В-четвертых, согласно С.Л. Рубинштейну [103], можно говорить о том, что игровые формы личностного поведения носят неутилитарный характер, так как выражают разные модусы отношения. При этом следует отметить добровольность и свободу проявления игровых форм в личностном поведении каждого из партнеров.

В психологической литературе довольно распространено также понятие игры, предложенное в теории трансактного анализа Э. Берна. Так, он игрой называет «набор однообразных трансакций, внешне выглядящих вполне правдоподобно, но обладающих скрытой мотивацией;... это серия ходов, содержащих ловушку, какой-то подвох» [20, с. 36]. При этом отмечается, что наличие скрытой мотивации и выигрышей для участника взаимодействия обязательно. По сути, игра предстает перед нами в ее негативном, патогенном свете, выделяется ее неконструктивный характер. В отличие от «игры» Э. Берна в значении непродуктивных взаимоотношений, нами под игровыми формами личностного поведения подразумевается изменение формы высказывания притязаний и признаний, направленных на предотвращение возможных конфликтных ситуаций.

Необходимо также отличать игровые формы личностного поведения от манипулятивного поведения. Так, манипулятивное общение (манипулирование) заключается в том, что к партнеру по взаимодействию относятся как к средству достижения внешних по отношению к нему целей [69, с. 179]. При этом все стороны общения видоизменяются и характеризуются, как правило, фрагментарностью, стереотипизацией, выдвижением ложных мотивов и причин действий. Использование в межличностном взаимодействии игровых форм личностного поведения позволяет разнообразить супружеское взаимо-

71

действие, изменить соотношение притязаний и признаний в личностном поведении, а также сместить в сторону положительности знак эмоциональных отношений между партнерами. Также использование игровых форм личностного поведения в супружеском взаимодействии позволяет удовлетворять потребность в понимании, сочувствии, сопереживании, при этом цели общения связаны, как правило, с партнером по взаимодействию. Это, в некоторой степени, сближает игровые формы личностного поведения с гуманистическим общением [69, с. 189].

Таким образом, можно говорить о достигаемом за счет использования разнообразных выразительных средств структуральном отличии игровых форм личностного поведения от реальных, при этом использование принципов игрового поведения позволяет предвосхитить трудности и опробовать разные возможности поведения. При этом обоснована корректность употребления понятия «игровые формы личностного поведения», в сравнительном плане показано его отличие от понятия «игра» в трансактном анализе и от манипулятивного поведения.

Смирнова Наталья Викторовна. Модели взаимодействия супругов и их удовлетворенность браком : Дис. ... канд. психол. наук : 19.00.05 : СПб., 2005 204 c.